20 мая представители Севастопольского регионального отделения Русского географического общества, Института востоковедения РАН (Москва), Черноморского высшего военно-морского училища им. П.С.Нахимова, Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИК), Спортивного центра (морской и физической подготовки г. Севастополь) ФАУ МО РФ ЦСКА, яхтсмены чартерной компании Black Sea Charter и священнослужители приняли участие в возложении венков на месте затонувшего во время первой Мировой войны минного заградителя "Прут", передает ИА SevastopolMedia.
В октябре 1914 года экипаж минного заградителя "Прут" с грузом в 710 мин в 14 милях от мыса Херсонес открыл кингстоны и затопил корабль, чтобы не сдаться германо-турецкому крейсеру "Goeben".
На требование "Гебена" сдаться, "Прут" гордо поднял на фок-мачте большой парадный Андреевский флаг, предпочтя гибель плену.
Однако, вместе с кораблем, погиб и иеромонах Антоний, который находился на борту судна. В последний момент он уступил свое место на шлюпке матросу, а сам до последнего продолжал молиться и благословлять отплывающих с тонущего корабля матросов, пока не погиб вместе с кораблем. Биограф о.Антония В.Бондаренко так описывает эту сцену:
"В перегруженных шлюпках шла перекличка. Моряки не могли найти только отца Антония. Кто-то неуверенно сказал, будто видел его в последний раз на верхней палубе минзага. И в этот момент среди клубов дыма, окутывающих горящий "Прут", показался корабельный священник. Он стоял на нижней ступеньке трапа, почти касающейся поверхности моря, и осенял крестом перегруженные до предела шлюпки. Командир корабля крикнул из воды:
— Батюшка, садитесь! Мины могут взорваться!..
— Спасайтесь, батюшка!
— "Прут" сейчас затонет!
— Прыгайте в воду, мы вас подберем!
— Спасайтесь сами, — ответил седой 73-летний священник. — Мест в шлюпках на всех не хватит, вы молоды, а я уже пожил на белом свете и стар.
После этих слов отец Антоний вернулся в свою каюту, облачился в ризу и, выйдя на горящую палубу с крестом и Евангелием в руках, еще раз благословил команду. Потом направился внутрь гибнущего корабля. Матросы, глотая слезы, провожали глазами любимого пастыря, офицеры поднесли руки к козырькам фуражек, отдавая честь доблестному священнику".
Описал этот подвиг и Г.К.Граф:
"...Глаза всех еще оставались прикованными к палубе. Там виднелся отец иеромонах Антоний, который, стоя в полном облачении, осенял крестом находившихся в шлюпках. Пастырь не захотел покинуть ни родной корабль, ни смертельно раненных, которых не представлялось возможным спасти. Вот уже и палуба стала уходить под воду, а еще через несколько минут "Прута" не стало. Только рябь морской волны выдавала место его гибели...
Судно покоится на траверсе мыса Херсонес на глубине 108 метров. Священнослужители на борту парусного судна "Орион" провели молебен. Были отданы воинские почести героически погибшим морякам с возложением на воду венков. Месту гибели корабля предложено придать статус воинского захоронения.
Севастопольские яхтсмены не могли пропустить это мероприятие. Ибо, море объединяет всех – и спортсменов, и участников регат, и начинающих яхтсменов, а также профессиональных моряков. А значит и о трагической гибели их коллег-матросов, которые решили, что лучше погибнуть, чем отдаться в плен врагу – они тоже не забудут.
